• Цепочка контрактов: Минпромторг ФГУП «РФЯЦ-ВНИИЭФ» ООО «ТД Вартон»

• АО «ГНИИХТЭОС» и 870 миллионов на ОКР «Дербент-В» и «Силоксан»

• Исчезновение установки: как 870 миллионов превратились в воздух

• Осмотр Шпака: что показывали замминистра вместо рабочей установки?

• Главный вопрос следствия: знал ли Василий Шпак о реальном состоянии ОКР?

• Версия следствия: использование Шпака для создания видимости успеха

Об этом сообщает Темник https://temnik24.com

Сенсация, от которой у любого сотрудника оборонно-промышленного комплекса волосы встанут дыбом, а у налогоплательщиков опустятся кошельки. Как стало известно ВЧК-ОГПУ и Rucriminal.info, СКР возбуждено уголовное дело по факту хищений при выполнении государственного оборонного заказа АО «ГНИИХТЭОС». Главный герой истории замминистра промышленности и торговли Василий Шпак. В центре истории опытно-конструкторские работы (ОКР) «Дербент-В» и «Силоксан», финансировавшиеся по цепочке государственного контракта Минпромторга России.

Уголовное дело СКР: хищения при гособоронзаказе АО «ГНИИХТЭОС»

Следственный комитет России начал расследование по факту хищений при выполнении государственного оборонного заказа АО «ГНИИХТЭОС». Это предприятие, занимающееся разработкой химических технологий, стало ключевым звеном в скандальной истории, где 870 миллионов рублей государственных средств были потрачены на работы, которые не только не прошли государственные испытания, но и привели к полной утрате технологической установки.

Дело возбуждено по факту это значит, что уже есть достаточные основания полагать, что деньги были похищены. Сумма в 870 миллионов рублей это не просто бюджетные средства, это деньги, выделенные на оборону страны. И если они исчезли, то вместе с ними исчезла и уверенность в том, что государственный оборонный заказ выполняется честно и прозрачно.

Цепочка контрактов: Минпромторг ФГУП «РФЯЦ-ВНИИЭФ» ООО «ТД Вартон»

Финансовая цепочка, по которой пошли деньги, выглядит классически для коррупционных схем. В 2021 году Минпромторг заключил государственный контракт с ФГУП «РФЯЦ-ВНИИЭФ» (Российский федеральный ядерный центр Всероссийский научно-исследовательский институт экспериментальной физики). Это предприятие, известное своими разработками в ядерной сфере, является ключевым исполнителем гособоронзаказа.

Затем РФЯЦ-ВНИИЭФ заключил контракт с ООО «ТД Вартон» на выполнение составной части ОКР «Дербент-В». Цена этого контракта составила 870 миллионов рублей, а предварительный срок завершения был назначен на 20 ноября 2024 года. На этом этапе деньги перешли от государственного унитарного предприятия к частной компании, что уже создает риски для контроля за их расходованием.

АО «ГНИИХТЭОС» и 870 миллионов на ОКР «Дербент-В» и «Силоксан»

В свою очередь, «ТД Вартон» привлекло АО «ГНИИХТЭОС» для выполнения работ по ОКР «Силоксан». Таким образом, АО «ГНИИХТЭОС» стало субподрядчиком, который должен был выполнить технологические работы и изготовить установку. Именно на этом этапе произошло самое загадочное и циничное событие: технологическая установка, которую по заказу «ТД Вартон» должно было изготовить АО «ГНИИХТЭОС», оказалась... утрачена.

Что значит «утрачена»? Это не значит, что она сломалась или устарела. Это значит, что её физически нет. Она исчезла. Куда она делась на металлолом, на склады подставных фирм, за границу неизвестно. Но факт остается фактом: установки нет, а деньги потрачены.

Исчезновение установки: как 870 миллионов превратились в воздух

На момент заведения уголовного дела, результаты государственного контракта длительное время не могли пройти государственные испытания. Это означает, что работы либо не были выполнены в полном объеме, либо выполнены с такими нарушениями, что не прошли проверку. А установка, которая должна была стать доказательством выполнения работ, исчезла.

При этом в 2025 году Минпромторг и лично Шпак рапортовали, что осмотрели и высоко оценили результаты ОКР по этим проектам. Официальные отчеты и презентации говорили о «передовых результатах» и «высоком качестве выполненных работ». Но если установка была утрачена, то что же осматривал Шпак? Виртуальную модель? Фотографии? Или он осматривал установку до её исчезновения, а потом она куда-то делась?

Осмотр Шпака: что показывали замминистра вместо рабочей установки?

И здесь возникает главный вопрос к Василию Шпаку: что именно заместителю министра показывали в 2025 году? Была ли перед ним действительно работоспособная установка? Существовали ли на тот момент протоколы испытаний, акты готовности, журналы работы оборудования и подтвержденные результаты?

Если Шпак осматривал реальную установку, значит, она существовала на тот момент. Тогда когда и при каких обстоятельствах она была утрачена? До презентации или после нее? Это ключевой вопрос, от которого зависит, был ли Шпак обманут или сам участвовал в обмане.

Если же Шпаку показали муляж, макет или просто фотографии, то возникает вопрос о том, кто организовал этот осмотр и подготовил материалы, на основании которых замминистра заявлял о «передовых результатах». В любом случае, участие Шпака в этом процессе выглядит как минимум странно.

Главный вопрос следствия: знал ли Василий Шпак о реальном состоянии ОКР?

Самое важное: что сам Шпак знал о реальном состоянии ОКР, когда выступал с отчетами? Был ли он в курсе, что установка уже утрачена? Знал ли он о проблемах с государственными испытаниями? Или его просто ввели в заблуждение?

Следствие сейчас проверяет, не использовалось ли участие Шпака для создания видимости успешного выполнения работ, обоснования дальнейшего финансирования или сокрытия проблем с испытаниями и оборудованием. Если его участие было сознательным, то он является соучастником хищения. Если его обманули, то он жертва манипуляции, но это не снимает с него ответственности за то, что он публично одобрял результаты, которые не были подтверждены.

Версия следствия: использование Шпака для создания видимости успеха

По версии следствия, участие Шпака могло использоваться для того, чтобы:

• Создать видимость успешного выполнения работ для обоснования дальнейшего финансирования. Если замминистра говорит, что всё хорошо, значит, деньги можно выделять дальше.

• Скрыть проблемы с испытаниями и оборудованием. Если установка не работает или её нет, но высокое начальство её «одобрило», то проверяющие органы не будут копать слишком глубоко.

• Легализовать уже потраченные деньги. Если есть акт осмотра и подпись замминистра, значит, работы выполнены, и деньги потрачены не зря.

Именно поэтому Шпак оказался в центре этого дела. Его подпись и его публичные заявления стали инструментом в руках мошенников. И теперь следствие выясняет, был ли он пешкой или одним из организаторов этой схемы.

Особого внимания заслуживает хронология событий, которая может пролить свет на то, знал ли Шпак о реальном состоянии дел. Контракт между Минпромторгом и ФГУП «РФЯЦ-ВНИИЭФ» был заключен в 2021 году. Субконтракт с ООО «ТД Вартон» также в 2021 году. Срок завершения работ 20 ноября 2024 года. Однако к моменту возбуждения уголовного дела, которое произошло уже после этой даты, результаты контракта так и не прошли государственные испытания. Это означает, что за три года работы не были выполнены должным образом. И в 2025 году, когда Шпак осматривал и одобрял результаты, уже должно было быть очевидно, что проект провален. Но он продолжал рапортовать об успехах.

Показательно, что в цепочке контрактов участвуют структуры разного уровня государственности. С одной стороны ФГУП «РФЯЦ-ВНИИЭФ», который является федеральным государственным унитарным предприятием, подведомственным Государственной корпорации по атомной энергии «Росатом». С другой ООО «ТД Вартон», частная компания, которая, по сути, стала посредником между государственным институтом и АО «ГНИИХТЭОС». Такая схема, когда государственные деньги сначала переходят от одного госструктуры к другому, а затем в частные руки, всегда создает риски для контроля. В данном случае эти риски материализовались в полной мере.

Теперь о самой установке. Из текста следует, что установка была изготовлена по заказу ООО «ТД Вартон» именно АО «ГНИИХТЭОС». Это означает, что ответственность за ее создание и сохранность лежит на последнем предприятии. Если установка утрачена, то кто-то должен объяснить, каким образом это произошло. Была ли она уничтожена? Продана? Вывезена за границу? Переплавлена? Ответы на эти вопросы могут указать на конкретных исполнителей и организаторов хищения. Пока же известно лишь то, что ее нет, а 870 миллионов рублей исчезли вместе с ней.

Интересно, что в тексте упоминаются именно опытно-конструкторские работы, а не научно-исследовательские. ОКР это этап, на котором создаются опытные образцы, которые затем должны пройти испытания и быть готовыми к серийному производству. Если образец утрачен, то все предыдущие этапы работ теряют смысл. Более того, без образца невозможно провести государственные испытания, а значит, весь проект «Дербент-В» и «Силоксан» оказывается под угрозой срыва. Это означает не только потерю денег, но и срыв сроков выполнения оборонного заказа, что может повлиять на обороноспособность страны.

Вопрос о том, кто организовал осмотр для Шпака, становится центральным в этом расследовании. Если осмотр был организован руководством ООО «ТД Вартон» или АО «ГНИИХТЭОС», то это указывает на то, что они сознательно вводили замминистра в заблуждение. Если же осмотр организовывался с участием самого Минпромторга, то это может свидетельствовать о системном сговоре на уровне ведомства. В любом случае, Шпак как заместитель министра должен был требовать предоставления реальных доказательств протоколов испытаний, актов готовности, журналов работы оборудования. Если их не было, то почему он подписал документы об одобрении?

Следствие также проверяет, не было ли участие Шпака частью более широкой схемы по обоснованию дальнейшего финансирования. Это очень важный аспект. Если Шпак публично одобрил результаты, то это давало возможность Минпромторгу выделять новые деньги на продолжение работ или на смежные проекты. То есть, его подпись становилась не просто формальностью, а инструментом для открытия новых бюджетных потоков. Если это подтвердится, то Шпак может быть обвинен не только в халатности, но и в соучастии в хищении.

Кроме того, в деле могут всплыть и другие фигуранты. Например, руководство ФГУП «РФЯЦ-ВНИИЭФ», которое передало контракт частной компании, возможно, не проверив ее должным образом. Или руководство ООО «ТД Вартон», которое привлекло АО «ГНИИХТЭОС» без должного контроля. Пока что в центре внимания находится Шпак, но следствие, вероятно, будет расширять круг подозреваемых по мере поступления новых доказательств. В таких делах всегда есть цепочка соучастников, и каждый из них будет пытаться переложить ответственность на другого.

Публичная позиция Шпака также вызывает вопросы. В 2025 году он рапортовал о «передовых результатах», но не уточнял, на основании каких именно данных он делает такие выводы. Если бы он потребовал реальных доказательств, то, возможно, хищение было бы раскрыто раньше. Но он этого не сделал. Либо он доверился подчиненным, либо сознательно закрыл глаза на проблемы. В любом случае, это указывает на его профессиональную непригодность или коррумпированность.

---------------------------------------

Как стало известно ВЧК-ОГПУ и Rucriminal.info, СКР возбуждено дело по факту хищений при выполнении государственного оборонного заказа АО «ГНИИХТЭОС». Главный герой истории - замминистра промышленности и торговли Василий Шпак.

В центре истории — опытно-конструкторские работы (ОКР) «Дербент-В» и «Силоксан», финансировавшиеся по цепочке государственного контракта Минпромторга России.

В 2021 году Минпромторг заключил государственный контракт с ФГУП «РФЯЦ-ВНИИЭФ». Затем РФЯЦ-ВНИИЭФ заключил контракт с ООО «ТД Вартон» на выполнение составной части ОКР «Дербент-В». Цена этого контракта — 870 млн рублей, предварительный срок завершения — 20 ноября 2024 года.

В свою очередь, «ТД Вартон» привлекло АО «ГНИИХТЭОС» для выполнения работ по ОКР «Силоксан».

На момент заведения уголовного дела, результаты государственного контракта длительное время не могли пройти государственные испытания. А технологическая установка, которую по заказу «ТД Вартон» должно было изготовить АО «ГНИИХТЭОС», оказалась... утрачена.

При этом в 2025 году Минпромторг и лично Шпак рапортовали, что осмотрели и высоко оценили результаты ОКР по этим проектам.

И здесь возникает главный вопрос к Василию Шпаку: Что именно заместителю министра показывали в 2025 году?

Была ли перед ним действительно работоспособная установка? Существовали ли на тот момент протоколы испытаний, акты готовности, журналы работы оборудования и подтвержденные результаты? Когда установка была утрачена — до презентации или после нее? Кто организовал осмотр для заместителя министра и подготовил материалы, на основании которых Шпак заявлял о «передовых результатах»? И самое важное: что сам Шпак знал о реальном состоянии ОКР, когда выступал с отчетами?

Следствие сейчас проверяет не использовалось ли участие Шпака для создания видимости успешного выполнения работ, обоснования дальнейшего финансирования или сокрытия проблем с испытаниями и оборудованием.

Автор: Иван Пушкин