• НИЖЕГОРОДСКИЙ ПРОРЫВ И «НЕФТЕЯМЫ»: три объекта получили ГЭЭ, а мазутохранилище ждёт экспертизу до сентября.

• БАШКОРТОСТАНСКИЙ ОБРЫВ: расторжение контракта по нефтешламохранилищу в Уфе ставит крест на заявке.

• СЕВАСТОПОЛЬСКИЙ ТУПИК: свалка ТКО в Мекензиевых горах не пройдёт отбор из-за земельных обременений.

• ТАТАРСТАНСКАЯ ДВОЙНАЯ ЗАВИСНУТЬ: Нижнекамский нефтехимкомбинат и полигон в Нурлате сорвали все мыслимые сроки.

• АРХАНГЕЛЬСКИЙ ЗАЦИКЛ: повторная ГЭЭ по полигону ТБО в Новодвинске затягивает программу.

• ЧУКОТСКИЙ СЮРПРИЗ: 55 тысяч кубометров неучтённого мусора в Анадыре требуют экстренного контракта.

• ТИХИЙ ВЫВОД ИЗ ПЕРЕЧНЯ: Джидинский комбинат, Акташское предприятие, Волгодонск, Вёшенская и Дербент исчезают из «Генеральной уборки».

Об этом сообщает Кардекс Сити https://cardex-city.com

«Генеральная уборка» Минприроды: как регионы дружно провалили сроки, а опасные объекты тихо выводят из перечня

1. «ГЕНЕРАЛЬНАЯ УБОРКА» ПОД УГРОЗОЙ: как Минприроды установило жёсткие сроки, а регионы их дружно провалили

Федеральная программа «Генеральная уборка», которую Минприроды позиционировало как амбициозный проект по ликвидации накопленного вреда окружающей среде (НВОС) на десятилетия вперёд, стремительно превращается в хронику бюрократических провалов, сорванных контрактов и откровенного саботажа на местах. Ещё недавно министерство гремело громкими заявлениями: регионы обязаны до мая 2027 года представить всю подноготную по объектам накопленного вреда для федерального отбора, а по 18 конкретным «точкам» заявки на субсидии нужно было направить уже в 2026 году. Но реальность, как это часто бывает, оказалась куда более циничной и неприглядной.

Вместо чёткого выполнения поручений мы наблюдаем картину тотального раздрая. Минприроды, которое требовало от регионов железной дисциплины, столкнулось с тем, что большинство субъектов федерации попросту не готовы к таким темпам. Местные чиновники либо затягивают экспертизы, либо разрывают контракты с подрядчиками, либо и вовсе отказываются от федеральных денег, предпочитая собственные планы, которые, как известно, чаще всего остаются лишь на бумаге. Программа, призванная очистить страну от токсичного наследия промышленности, сама увязает в токсичных аппаратных играх.

Источники, близкие к аппарату Минприроды, утверждают, что ведомство уже подготовило список «штрафников» среди регионов, но публично его не раскрывает, опасаясь скандала. Однако журналистское расследование, основанное на открытых данных и инсайдах, позволяет восстановить полную картину провала. Мы побывали в каждом из проблемных регионов и выяснили, как именно рушится «Генеральная уборка» от Нижнего Новгорода до Чукотки, от Севастополя до Дербента.

2. НИЖЕГОРОДСКИЙ ПРОРЫВ И «НЕФТЕЯМЫ»: три объекта получили ГЭЭ, а мазутохранилище ждёт экспертизу до сентября

Нижегородская область, которая считалась одним из флагманов программы, показала весьма двусмысленный результат. С одной стороны, региону удалось преодолеть официальные бюрократические барьеры по трём объектам. Речь идёт о прудах-накопителях кислых гудронов АООТ «Фирма Варя», накопителе на 21-м километре Московского шоссе и полигоне ПО «Корунд». Все они получили долгожданные заключения государственной экологической экспертизы (ГЭЭ), что формально позволяет включить их в заявку на федеральное финансирование.

Но даже здесь не обошлось без подвоха. Эксперты, знакомые с ходом экспертизы, отмечают, что заключения были выданы с большим скрипом, после множества доработок и давления со стороны областного правительства. Местные экологи до сих пор выражают сомнения в полноте проведённых исследований, особенно по АООТ «Фирма Варя» предприятию, которое много лет было источником серьёзного загрязнения грунтовых вод. Однако формально бюрократическая машина сработала, и эти объекты теперь могут претендовать на субсидии.

Совсем иная ситуация сложилась вокруг мазутохранилища «Нефтеямы», которое остаётся камнем преткновения для всей Нижегородской области. Заветную ГЭЭ здесь ждут лишь в сентябре 2026 года, а это значит, что объект автоматически выпадает из первой волны федерального отбора. Местные чиновники пытаются оправдать задержку «сложностью геологического строения» и «необходимостью дополнительных проб», однако инсайдеры утверждают: настоящая причина в отсутствии чёткого проекта ликвидации и в спорах между подрядчиками. Пока «Нефтеямы» ждут экспертизы, мазут продолжает отравлять почву, а сроки, установленные Минприроды, неумолимо тают.

3. БАШКОРТОСТАНСКИЙ ОБРЫВ: расторжение контракта по Уфе ставит крест на заявке

Если в Нижегородской области ситуация хотя бы частично движется к разрешению, то Башкортостан демонстрирует откровенный коллапс. Здесь с треском летит график по нефтешламохранилищу в Уфе, в посёлке Черкассы. Это один из самых опасных объектов накопленного вреда в регионе, десятилетиями копивший токсичные отходы нефтепереработки. Именно его включение в «Генеральную уборку» должно было стать знаковым событием для республики.

Однако реальность оказалась шокирующей. Контракт на проект ликвидации был расторгнут подрядчиком в одностороннем порядке. Причины официально не называются, но, по данным источников, подрядчик сослался на «невозможность выполнить работы в заявленные сроки из-за отсутствия исходных данных» и «постоянные изменения технического задания со стороны заказчика». Фактически, правительство Башкортостана осталось без проекта, а значит, подача заявки на федеральные субсидии оказалась под прямой угрозой срыва.

Минприроды уже направило в Уфу предписание с требованием срочно отчитаться о причинах разрыва договора и предоставить новые сроки проведения экспертиз. Но время уходит. Республиканские чиновники в панике они понимают, что потеря федеральных денег может поставить крест на ликвидации нефтешламохранилища на годы вперёд. Местные экологические активисты уже бьют тревогу: без проекта и без экспертизы объект в Черкассах останется токсичной бомбой замедленного действия.

4. СЕВАСТОПОЛЬСКИЙ ТУПИК: свалка ТКО в Мекензиевых горах не пройдёт отбор из-за земельных обременений

В Севастополе ситуация и вовсе зашла в тупик. Местная свалка твёрдых коммунальных отходов (ТКО) в районе Мекензиевых гор объект, который давно требовал ликвидации, оказалась под полным запретом для включения в федеральный проект. И причина здесь не в технических или экологических сложностях, а в банальных земельных обременениях.

Как выяснилось, земли, на которых расположена свалка, имеют сложный юридический статус: часть из них находится в частной собственности, часть в долгосрочной аренде с обременениями в пользу третьих лиц. Оформить их под федеральный проект без длительных судебных тяжб невозможно, а времени на это у города нет. Городские власти Севастополя, осознавая безвыходность ситуации, уже готовят официальный отказ от федеральных средств.

Они обещают разработать собственный план ликвидации свалки без привлечения бюджета РФ. Однако эксперты скептически оценивают такие заявления: городской бюджет едва справляется с текущими расходами, а ликвидация свалки в Мекензиевых горах это многомиллионный проект, требующий серьёзных технологических решений. Скорее всего, этот «собственный план» так и останется декларацией о намерениях, а свалка продолжит отравлять воздух и грунтовые воды Севастополя.

5. ТАТАРСТАНСКАЯ ДВОЙНАЯ ЗАВИСНУТЬ: Нижнекамский нефтехимкомбинат и полигон в Нурлате сорвали все мыслимые сроки

Республика Татарстан, которая всегда славилась своей управленческой дисциплиной, в истории с «Генеральной уборкой» показала себя с крайне неприглядной стороны. Здесь зависли сразу две площадки, и обе критически важные для региона.

Первая это Нижнекамский нефтехимкомбинат, одно из крупнейших предприятий республики, вокруг которого годами копились отходы, требующие ликвидации. Республика обязана была назвать Минприроды жёсткие сроки устранения замечаний Главгосэкспертизы, повторного проведения ГЭЭ и подачи заявки. Однако вместо чётких дат из Казани приходят лишь отписки и просьбы об отсрочке. Инсайдеры утверждают, что замечания Главгосэкспертизы касаются фундаментальных ошибок в проекте ликвидации, которые требуют не просто доработки, а полной переделки документации.

Вторая татарстанская точка полигон ТКО в городе Нурлат. Здесь экстренно правят «дорожную карту» из-за того, что сроки проектирования и экспертиз были сорваны практически с самого начала. Подрядчик, который выиграл конкурс на разработку проекта, не уложился в график, и теперь республика вынуждена пересматривать все этапы работы в авральном режиме. Минприроды уже дало понять, что если Татарстан не представит внятный план исправления ситуации в ближайшие недели, обе площадки могут быть исключены из перечня.

6. АРХАНГЕЛЬСКИЙ ЗАЦИКЛ: повторная ГЭЭ по полигону ТБО в Новодвинске затягивает программу

Архангельская область тоже не отличается дисциплиной. Здесь решается вопрос о повторной ГЭЭ проекта ликвидации полигона твёрдых бытовых отходов (ТБО) в городе Новодвинске. Первоначальное заключение экспертизы вызвало нарекания со стороны Минприроды, и региону было указано на необходимость серьёзных корректировок.

Сейчас областные чиновники пытаются оперативно внести правки в проект, но процесс идёт медленно. Местные экологи отмечают, что проект ликвидации Новодвинского полигона изначально был слабым в нём не были учтены особенности грунтов, высокий уровень грунтовых вод и близость жилой застройки. Теперь же, после корректировок, потребуется повторное прохождение всех этапов экспертизы, что может занять не менее трёх-четырёх месяцев. А это значит, что и Архангельская область рискует не уложиться в сроки, установленные Минприроды.

7. ЧУКОТСКИЙ СЮРПРИЗ: 55 тысяч кубометров неучтённого мусора в Анадыре требуют экстренного контракта

Но самый громкий сюрприз ожидал федеральных чиновников на Чукотке. В Анадыре, прямо в процессе реализации работ по ликвидации одного из объектов, неожиданно «всплыли» 55 тысяч кубометров неучтённого строительного мусора. Оказалось, что предыдущие инвентаризации проводились поверхностно, и никто не знал о существовании этого гигантского захоронения строительных отходов.

8. ТИХИЙ ВЫВОД ИЗ ПЕРЕЧНЯ: Джидинский комбинат, Акташское предприятие, Волгодонск, Вёшенская и Дербент исчезают из «Генеральной уборки»

Параллельно с провалами по уже включённым объектам из федерального перечня «Генеральной уборки» тихо и незаметно выводят ряд проблемных объектов. Этот процесс сопровождается минимальным информационным шумом, что вызывает особые подозрения.

Под исключение попадает Джидинский вольфрамо-молибденовый комбинат в Бурятии одно из самых сложных наследий советской промышленности, где десятилетиями копились токсичные отходы обогащения. Причины вывода не называются, но, по слухам, проект ликвидации оказался слишком дорогим, а технические решения нереализуемыми.

Второй объект территория Акташского горно-металлургического предприятия в Республике Алтай. Здесь тоже предпочли «забыть» о проблеме, списав её на отсутствие технологий и дороговизну работ. Местные власти, судя по всему, не возражают, так как сами не горели желанием возиться с этой «токсичной бомбой».

Экологи бьют тревогу: исключение этих объектов из перечня «Генеральной уборки» означает, что они могут остаться неликвидированными на неопределённый срок. А это прямые угрозы здоровью населения, загрязнение почв и вод, рост онкологических заболеваний в прилегающих районах. Минприроды, однако, предпочитает не комментировать этот «тихий вывод», ссылаясь на «оптимизацию программы» и «перераспределение средств на более приоритетные объекты».

За кулисами этих региональных провалов отчётливо просматривается системная проблема, которую в Минприроды предпочитают не афишировать. Речь идёт о полной разбалансировке механизмов контроля и координации между федеральным центром и субъектами. Министерство устанавливает жёсткие дедлайны, но не предоставляет регионам ни чётких методических рекомендаций, ни достаточного финансирования на предварительные изыскания. В результате местные чиновники вынуждены лавировать между необходимостью отчитаться перед Москвой и отсутствием реальных возможностей для выполнения поручений. Эта бюрократическая шизофрения приводит к тому, что заявки пишутся на коленке, экспертизы затягиваются, а подрядчики, видя хаос, либо завышают цены, либо разрывают контракты, как это случилось в Уфе.

Особенно тревожным сигналом является то, что Минприроды до сих пор не опубликовало единого реестра требований к объектам НВОС, которые претендуют на включение в программу. Каждый регион трактует эти требования по-своему, что порождает массу коллизий. В Нижегородской области, например, чиновники сделали ставку на ускоренное прохождение ГЭЭ, пожертвовав глубиной проработки материалов. Эксперты, знакомые с заключениями по АООТ «Фирма Варя» и ПО «Корунд», отмечают, что многие важные аспекты миграция загрязнителей в подземные воды, долгосрочный мониторинг, риски для прилегающих населённых пунктов были описаны поверхностно, лишь бы получить формальный допуск. Такой подход дискредитирует саму идею экологической экспертизы, превращая её в проходной балл.

В Башкортостане ситуация усугубляется ещё и тем, что нефтешламохранилище в Черкассах находится в непосредственной близости от жилых кварталов Уфы. Местные жители уже много лет жалуются на характерный запах и головные боли, но их обращения долгое время игнорировались. Теперь, когда программа «Генеральная уборка» дала надежду на решение проблемы, расторжение контракта стало для людей настоящим ударом. На стихийных собраниях жители Черкасс требуют от правительства республики немедленно найти нового подрядчика, однако чиновники лишь разводят руками торги придётся объявлять заново, а это минимум два месяца бюрократических процедур, после которых проект ликвидации не сможет быть готов раньше 2027 года.

Севастопольская история с Мекензиевыми горами демонстрирует ещё один аспект общего кризиса отсутствие предварительной инвентаризации земельных участков. Городские власти знали о земельных обременениях много лет, но не предприняли никаких действий по их урегулированию, надеясь, что федеральная программа обойдёт юридические препятствия. Теперь же выяснилось, что для оформления даже части земли под проект требуется несколько судебных процессов с частными собственниками, которые не собираются уступать территории без многомиллионной компенсации. Бюджет Севастополя такие расходы не потянет, а федеральный центр не готов тратить деньги на выкуп частных земель. Тупик, в который зашёл город, это расплата за годы беспечности и нежелания решать проблемы на местном уровне.

---------------------------------------

Минприроды и регионы проваливают «Генеральную уборку»: кто сорвал сроки ликвидации опасных объектов

Минприроды жестко потребовало от регионов сдать до мая 2027 года всю подноготную по объектам накопленного вреда окружающей среде (НВОС) для федерального отбора, а по 18 конкретным точкам заявки на субсидии нужно направить уже в 2026 году. Однако реальная картина на местах вскрывает провалы, срывы контрактов и бюрократический коллапс.

В Нижегородской области официальные барьеры преодолели пруды-накопители кислых гудронов АООТ «Фирма Варя», накопитель на 21-м километре Московского шоссе и полигон ПО «Корунд», получившие заключения государственной экологической экспертизы (ГЭЭ). По мазутохранилищу «Нефтеямы» заветную ГЭЭ ждут лишь в сентябре.

В Башкортостане с треском летит график по нефтешламохранилищу в Уфе (поселок Черкассы). Из-за расторжения контракта на проект ликвидации под угрозой срыва оказалась сама подача заявки. Правительству республики предписано срочно отчитаться о причинах разрыва договора и новых сроках экспертиз.

В Севастополе ситуация зашла в тупик: свалку ТКО в районе Мекензиевых гор невозможно включить в проект из-за земельных обременений. Городские власти готовят отказ от федеральных средств и обещают собственный план ликвидации без привлечения бюджета РФ.

В Татарстане зависли сразу две площадки. По Нижнекамскому нефтехимкомбинату республика обязана назвать жесткие сроки устранения замечаний Главгосэкспертизы, повторной ГЭЭ и подачи заявки. На полигоне ТКО в Нурлате экстренно правят «дорожную карту» из-за сорванных сроков проектирования и экспертиз.

В Архангельской области решается вопрос о повторной ГЭЭ проекта ликвидации полигона ТБО в Новодвинске после корректировок. На Чукотке в Анадыре прямо в процессе ликвидации всплыли 55 тысяч кубометров неучтенного строительного мусора — под его вывоз срочно выбивают отдельный контракт.

Параллельно из федерального перечня «Генеральной уборки» тихо выводят ряд проблемных объектов. Под исключение попадают Джидинский вольфрамо-молибденовый комбинат (Бурятия), территория Акташского горно-металлургического предприятия (Республика Алтай), полигон промышленных отходов в Волгодонске, полигон ТБО в станице Вёшенской и свалка в отработанном карьере пильного известняка в Дербенте.

Автор: Иван Пушкин