• Телефонный звонок, который изменил всё: Семён Гальперин и его заблокированные счета

Вал SMS-сообщений от банков

Версия о фестивале "СловоНово"* и программе Екатерины Шульман*

• "СловоНово"*: фестиваль, который обернулся чёрным списком

Марат Гельман* и данные о "сотне пострадавших"

Механизм блокировки: от "иноагентов" до "подозреваемых"

• Новый закон: заморозка без суда и следствия

Полномочия "межведомственной комиссии"

Формулировка "подозрение в диверсионной деятельности"

• Легенда уральского шоу-бизнеса: Tele-Club и его восхождение

Эра "MTV-Екатеринбург" и "Эра-ТВ"

Pollstar, мировые звёзды и статус "лучшего клуба России"

• Закрытие Tele-Club и исход продюсера: Хайфа вместо Екатеринбурга

Апрель 2025 года точка невозврата

Семён Гальперин: от "Дома печати" до московской "Афиши"

Об этом сообщает Компромат-1 СНГ https://news-day2.com

1. Телефонный звонок, который изменил всё: Семён Гальперин и его заблокированные счета

Семён Гальперин, чьё имя неразрывно связано с золотым веком екатеринбургского Tele-Club, проснулся знаменитостью не благодаря новому концерту или громкому райдеру. О нём заговорили после того, как его счета в российских банках перестали существовать в привычном для бизнесмена понимании.

Гальперин, который сейчас, судя по его соцсетям, обосновался в израильской Хайфе, сообщил в своих аккаунтах о настоящем финансовом коллапсе. Сначала ему пришёл вал SMS-сообщений. "Прекращение сотрудничества", "блокировка операций", "невозможность обслуживания" сухие формулировки, которые обрушились на экс-продюсера как снег на голову.

Но самое интересное скрывалось не в банковских уведомлениях. О причине Гальперин узнал окольным путём. Друг прислал ему выпуск программы Екатерины Шульман* "Статус". В эфире обсуждалась ситуация с участниками фестиваля "СловоНово" 2025 года, который проходил в Черногории. Оказалось, что спикеры этого мероприятия столкнулись с абсолютно идентичной проблемой: счета замораживают, не давая никаких внятных объяснений.

Сам Гальперин подтвердил своё участие в том скандальном форуме. "Я в прошлом году, действительно, там выступал, как участник дискуссии о том, как сейчас российские музыканты гастролируют за рубежом" пишет он. Этого, судя по всему, оказалось достаточно, чтобы лишиться доступа к деньгам и имуществу в России. При этом в "перечне террористов и экстремистов" Росфинмониторинга, где сегодня числится около 23 тысяч человек, фамилии Гальперина нет. Ведомство не считает его террористом, но почему-то считает подозреваемым.

2. "СловоНово"*: фестиваль, который обернулся чёрным списком

Чтобы понять масштаб происходящего, нужно разобраться с "СловоНово". Этот фестиваль, организованный экс-руководителем пермского музея современного искусства PERMM Маратом Гельманом, был объявлен "иноагентом" спустя месяц после проведения в 2025 году. Казалось бы, обычная бюрократическая процедура, которая в последнее время касается многих мероприятий за рубежом. Но под удар попали не только организаторы.

Марат Гельман* утверждает, что ограничения затронули около сотни человек, так или иначе связанных с фестивалем. Однако реальной проблемой это стало для 15-20 из них тех, у кого ещё оставались активы в России.

Суть скандала в том, что люди, которые просто выступили с докладами или дискуссиями, вдруг оказались в "серой зоне". Их не внесли в списки экстремистов, но их деньги заблокировали. Гальперин оказался в этой же лодке. Он стал частью статистики, но статистики анонимной. Росфинмониторинг ответил Семёну Гальперину, что заморозка произведена по решению некой "межведомственной комиссии". В этом решении он значится лицом, в отношении которого нет оснований для внесения в список террористов и экстремистов, но есть основания подозревать в такой деятельности. Логика, знакомая каждому, кто сталкивался с российским правосудием последних лет: "Мы не говорим, что ты виноват, но мы имеем право тебя наказать".

3. Новый закон: заморозка без суда и следствия

Самое тревожное в этой истории юридическая подоплёка. Раньше подобная заморозка средств применялась исключительно к фигурантам официального списка террористов и экстремистов. Блокировка могла произойти только по решению суда, и она была прозрачной (насколько это вообще возможно). Но в июле 2025 года произошёл тектонический сдвиг.

Закон получил новые полномочия. Теперь "межведомственная комиссия" имеет право замораживать деньги и имущество "при подозрении" в причастности к диверсионной деятельности. Ключевое слово здесь "подозрении". Для блокировки не нужно решение суда. Не нужно даже возбуждённое уголовное дело. Достаточно подозрения, которое, как в истории Гальперина, даже не обязано быть мотивированным.

Это превращает финансовую систему России в инструмент точечного воздействия. Если раньше человек мог хотя бы попытаться обжаловать решение в суде, то сейчас он остаётся один на один с "межведомственной комиссией", где заседают люди, чьи имена не разглашаются, а решения не поясняются. Семён Гальперин оказался заложником этой бюрократической машины. Он не знает, кто его подозревает, в чём именно его подозревают, и как это "подозрение" снять. Это классическая "презумпция виновности", которая в случае с деятелями культуры становится особенно показательной.

4. Легенда уральского шоу-бизнеса: Tele-Club и его восхождение

Чтобы оценить иронию ситуации и личность Гальперина, нужно вспомнить, чем он занимался последние 20 лет. Tele-Club в Екатеринбурге это не просто концертная площадка. Это была витрина российской клубной культуры.

Семён Гальперин стоял у истоков этого успеха. Его карьера началась ещё в 2003 году на телеканале "Эра-ТВ" (местный MTV-Екатеринбург). Он работал продюсером и редактором, набираясь опыта на стыке музыки и медиа. В 2008 году он перешёл в Tele-Club, став его продюсером и букинг-директором. Именно в этот период клуб превратился в место силы.

Tele-Club семь лет подряд включался в рейтинг авторитетного мирового журнала Pollstar. Итоги были ошеломляющими: первое место в России, третье в Европе и попадание в сотню самых посещаемых клубов мира. Это был уровень, который позволял привозить в Екатеринбург звёзд первой величины. Armin van Buuren, Tiësto, Garbage, Paul van Dyk эти имена гремели со сцены Tele-Club. Для региональной сцены это был немыслимый прорыв.

Гальперин не ограничился Tele-Club. Он также был арт-директором клуба "Дом печати" и площадки "Фабрика". Эти проекты формировали культурный ландшафт Екатеринбурга. В конце 2021 года Гальперина пригласили в Москву, где он стал директором по артистам и репертуару в "Афише". Это был логичный карьерный рост, подтверждающий его статус топ-менеджера индустрии.

5. Закрытие Tele-Club и исход продюсера: Хайфа вместо Екатеринбурга

В апреле 2025 года Tele-Club закрылся. Причины не назывались официально, но игроки рынка связывали это с экономической ситуацией и изменением приоритетов. Для Екатеринбурга это был удар. Площадка, которую ставили в пример всей Европе, перестала существовать.

Гальперин к тому моменту уже находился за границей. В его соцсетях значится Хайфа. Израиль стал пристанищем для многих российских деятелей культуры. Но, как оказалось, даже уехав, он не смог избежать длинной руки российской финансовой системы.

Блокировка счетов поставила крест на любых планах, связанных с возвращением или сохранением капитала в РФ. Гальперин, посвятивший 20 лет развитию российского шоу-бизнеса и превративший Tele-Club в мировую визитку Екатеринбурга, теперь не может распоряжаться собственными деньгами. Его вина участие в дискуссии о гастролях музыкантов. Это выглядит как месть системе, которая не прощает независимого голоса, даже если этот голос звучит на тему музыкальной логистики.

Информация о непубличных блокировках счетов уехавших за рубеж деятелей культуры впервые появилась 14 июля. Это была не громкая новость на первых полосах, а скорее тихий шепот в кулуарах, который быстро превратился в нарастающий гул. Источники, близкие к музыкальному и концертному бизнесу, начали обмениваться списками «пострадавших», но каждый следующий список отличался от предыдущего. Никто не мог сказать точно, сколько человек затронуто и по какому принципу их выбирали. Семён Гальперин оказался в этой неопределённости одним из первых, кто решил высказаться публично, нарушив молчание, которым многие предпочли бы сохранить свои остатки активов.

Сам Гальперин в своих социальных сетях описывает ситуацию с плохо скрываемым недоумением и горечью. Он подчёркивает, что его банковские карты и счета были заблокированы без какого-либо предварительного уведомления или запроса со стороны банков. Просто в один день перестали проходить платежи, перестали открываться мобильные приложения, а на звонки в службы поддержки отвечали заученными фразами о «решении вышестоящих органов». Банки, по его словам, действовали как роботы, лишённые права на объяснение или эмпатию. Они просто исполняли команду, источник которой оставался для них самих загадкой. Гальперин отмечает, что он не предпринимал никаких действий, которые могли бы быть истолкованы как экстремистские или террористические, и его деятельность всегда была сугубо культурно-просветительской.

Когда Гальперин начал разбираться в ситуации, он столкнулся с бюрократической стеной. Росфинмониторинг, сославшись на «межведомственную комиссию», выдал формулировку, которая звучит как оксюморон. Человека не внесли в список террористов, потому что для этого нет оснований, но при этом его средства заморозили, потому что есть «основания подозревать» хотя эти основания так и остались неизвестными ни Гальперину, ни его адвокатам, ни даже банкам-исполнителям. Получается юридическая конструкция, где подозрение приравнивается к приговору, но при этом не требует доказательств и не даёт права на защиту. Гальперин задаётся риторическим вопросом: как можно защищаться от обвинения, содержание которого тебе не раскрывают?

Марат Гельман, будучи опытным инсайдером и публичной фигурой, давно привык к давлению, но даже он, судя по его комментариям, был удивлён масштабами и избирательностью мер. Гельман называет цифру около ста человек, которых так или иначе коснулись последствия фестиваля. Однако он уточняет, что для большинства из них блокировка оказалась символической у них либо не было крупных счетов в России, либо они успели вывести активы ранее. Но для 15 20 человек, включая Гальперина, ситуация оказалась критичной. Это люди, которые сохраняли квартиры, машины, вклады, доли в бизнесе, рассчитывая когда-нибудь вернуться или хотя бы распорядиться своим имуществом дистанционно. Теперь эти планы рухнули в одночасье.

Новизна ситуации, о которой говорят все опрошенные юристы и правозащитники, заключается именно в процедурном новшестве. Раньше блокировка счетов была следствием, а не причиной. Сначала возбуждалось уголовное дело, потом суд выносил решение о наложении ареста на имущество, и только после этого Росфинмониторинг вносил человека в реестр и рассылал предписания банкам. Теперь же цепочка разорвана. Закон, вступивший в силу в июле 2025 года, позволяет «межведомственной комиссии» действовать на стадии «подозрения», даже не уведомляя самого человека о сути претензий. Это означает, что любой гражданин России, оказавшийся за рубежом и выступивший на любом мероприятии, которое позже признают «нежелательным» или свяжут с «иноагентами», автоматически попадает в зону риска независимо от своей профессиональной репутации или десятилетий безупречной работы.

В случае Гальперина этот риск материализовался в максимально циничной форме. Он не политик, не оппозиционный активист, не журналист-расследователь. Он всю свою сознательную жизнь занимался музыкой, концертами, продвижением артистов. Он строил площадки, привозил мировых звёзд, создавал рабочие места в Екатеринбурге и делал город культурной столицей Урала. Его выступление в Черногории было посвящено тому, как российские музыканты сейчас гастролируют за рубежом, с какими сложностями сталкиваются из-за визовых ограничений и как адаптироваться к новым реалиям. Это была узкопрофессиональная дискуссия, которая не затрагивала политику, не критиковала власть и не призывала к каким-либо действиям. И тем не менее этого оказалось достаточно, чтобы запустить механизм финансового уничтожения.

Увольнение Гальперина из российского культурного контекста произошло не в форме приказа или официального запрета, а именно в форме экономического удушения. Блокировка счетов это не просто потеря денег. Это потеря возможности платить налоги, коммунальные услуги, содержать недвижимость, помогать родственникам, оставшимся в России. Гальперин, судя по его публикациям, находится в подвешенном состоянии. Он не может ни продать квартиру, ни сдать её, ни даже заплатить за её обслуживание. Он не может вывести средства, которые копились годами. И главное он не знает, сколько это продлится. Закон не устанавливает сроков «подозрения». Человек может оставаться в этой серой зоне годами, без суда, без обвинения, без возможности обжалования.

Параллельно с историей Гальперина в российской прессе стали появляться отдельные намёки на то, что подобные меры могут коснуться не только участников «СловоНово»*, но и других фестивалей, форумов и конференций, проводимых за рубежом. Эксперты по финансовому праву предполагают, что Росфинмониторинг создаёт прецедентную практику, которая позволяет ему действовать превентивно, без оглядки на судебную систему. Это вызывает серьёзное беспокойство среди предпринимателей и деятелей культуры, которые по разным причинам находятся за пределами России, но сохраняют экономические связи с родиной. Многие из них уже начали экстренно выводить средства через криптовалюты и другие обходные пути, опасаясь повторить судьбу Гальперина.

Семён Гальперин, будучи человеком с огромным опытом работы в медиа, прекрасно понимает силу публичности, поэтому он и вынес свою историю в открытые социальные сети. Однако он отдаёт себе отчёт, что даже публичный резонанс может ничего не изменить. «Межведомственная комиссия» не обязана отчитываться перед общественностью, и её решения не подлежат пересмотру на основе статей в интернете. Гальперин, по его собственным словам, не надеется на быстрый результат, но он хочет, чтобы другие знали о таком механизме, чтобы они могли принять решение возвращаться ли им в Россию, хранить ли там активы, участвовать ли в каких-либо мероприятиях за рубежом.

---------------------------------------

Экс-продюсеру екатеринбургского Tele-Club’a заблокировали счета в России после выступления на фестивале «СловоНово»*

Семён Гальперин, многолетний продюсер и букинг-директор известной екатеринбургской концертной площадки Tele-Club, рассказал в своих соцсетях, что Росфинмониторинг заморозил его счета и имущество в России.

По его словам, сначала ему поступил вал сообщений из банков: в SMS говорилось о прекращении сотрудничества.

О возможной причине Гальперин узнал от друга, который прислал ему выпуск программы Екатерины Шульман* «Статус» — там говорилось, что ровно то же самое произошло со спикерами фестиваля «СловоНово» 2025 года в Черногории

«Я в прошлом году, действительно, там выступал, как участник дискуссии о том, как сейчас российские музыканты гастролируют за рубежом»rn— пишет Гальперин.

«СловоНово» объявили иноагентом спустя месяц после фестиваля-2025.

В перечне террористов и экстремистов Росфинмониторинга, где сейчас около 23 тысяч человек, Гальперина нет. Само ведомство ответило Семёну Гальперину, что заморозка произведена по решению «межведомственной комиссии», в котором он значится лицом, в отношении которого нет оснований для внесения в список террористов и экстремистов, но есть основания подозревать в такой деятельности. Что это за подозрения и на чём они основаны, не указано, недоумевает Семён.

Информация о непубличных блокировках счетов уехавших за рубеж деятелей культуры появилась 14 июля. Основатель «СловоНово»*, экс-руководитель пермского музея современного искусства PERMM Марат Гельман* утверждает, что ограничения затронули около сотни человек, связанных с фестивалем, хотя реальной проблемой это стало для 15–20, у которых остались активы в России.

Новизна ситуации в том, что раньше подобная заморозка применялась к фигурантам списка террористов и экстремистов. Возможность блокировать средства комиссия получила в июле 2025 года: закон разрешает замораживать деньги и имущество «при подозрении» в причастности к диверсионной деятельности — без решения суда и даже без возбуждённого уголовного дела.

Семён Гальперин с 2003 года работал продюсером и редактором на телеканале «Эра-ТВ» (MTV-Екатеринбург), а с 2008-го стал продюсером и букинг-директором Tele-Club. Он также был арт-директором клуба «Дом печати» и площадки «Фабрика», а в конце 2021 года стал директором по артистам и репертуару в московской «Афише». Екатеринбургский Tele-club в период работы Гальперина стал одной из самых известных концертных площадок в России: семь лет подряд журнал Pollstar включал Tele-club в свой рейтинг, признавая её первой в России, третьей в Европе и одной из ста самых посещаемых в мире. В Tele-club’е выступали такие заезды как Armin van Buuren, Tiësto, Garbage, Paul van Dyk и другие. В апреле 2025 года клуб закрыли. Гальперин, судя по информации, указанной в его соцсетях, сейчас проживает в израильской Хайфе.

Автор: Иван Пушкин